шагах от Западной авеню. Школа, почта,
  пять магазинов и банк. Он немного сутулился во время ходьбы; черный портфель
  оттягивал его тощую руку. Он медленно шел но тротуару; над домами
  возвышалась башня современной церкви; часы пробили семь. Лавка зеленщика на
  углу, обновленный фасад, самообслуживание. Он прочитал имя на табличке:
  Смезик. Внутри довольно молодой человек в коричневом халате достраивал
  пирамиду из пакетов с крупами. Холдейн постучался в стекло. Человек покачал
  головой и положил сверху еще один пакет. Он опять постучал, более
  настойчиво. Зеленщик подошел к двери.
   - Мне не разрешается ничего продавать, - крикнул он, - вы стучите
  понапрасну. - Он заметил портфель и спросил:
   - Вы от профсоюза?
   Холдейн сунул руку во внутренний карман и прижал что-то к стеклу витрины
  - карточку в целлофане, похожую на сезонный билет. Несколько секунд зеленщик
  глядел на нее, потом медленно повернул ключ.
   - Я хотел бы переговорить с вами конфиденциально, - сказал Холдейн,
  заходя внутрь.
   - Никогда таких не видел, - беспокойно заметил зеленщик. - По-моему, у
  нас все в порядке.
   - Да, все в порядке. Несколько вопросов, связанных с государственной
  безопасностью. Нас интересует некто Лейзер, поляк. Как я понимаю, он
  когда-то давно здесь работал.
   - Мне придется позвонить папе, - сказал зеленщик. - Я тогда был совсем
  маленький.
   - Понятно, - сказал