одну вещь, - насмешливо нахмурившись, произнес
  Смайли, - рад уж эти ваши учения готовятся так тщательно. У любого
  поддельного документа есть свой предел. То есть один телефонный звонок в
  Магдебургский муниципалитет - и лучшая в мире подделка превращается в
  мыльный пузырь...
   - Мы знаем об этом. Мы хотим научить их пользоваться легендой, будем
  отрабатывать поведение на допросе... в таком духе.
   Смайли потягивал бордо:
   - Вот что мне хочется вам сказать. Техническая сторона операции порой так
  завораживает, что... Я совсем не имел в виду... Кстати, как там Холдейн? Вы
  знаете, он учился на филологическом отделении в Оксфорде. Мы поступили с ним
  вместе.
   - У Эйдриана все в порядке.
   - Мне понравился ваш Эйвери, - вежливо заметил Смайли. Страдальческая
  гримаса скривила его хмурое лицо. - Представьте себе, - сказал он с
  чувством, - период барокко до сих пор не включен в общую программу немецкой
  филологии. Его читают только как специальный курс.
   - Еще вот какой вопрос - рация. После окончания войны нам почти не
  приходилось пользоваться ими. Я знаю, вся эта техника стала куда более
  совершенной. Скоростная передача информации и так далее. Мы хотим шагать в
  ногу со временем.
   - Да, да, по-моему, текст записывается на миниатюрный магнитофон, а затем
  в считанные секунды выстреливается в эфир. - Он вздохнул. - Но никто, к
  сожалению, не открывает нам всех