ми, по письменному столу и столику
  для Библии. Он вновь с любовью навестил стройных женщин, играющих в крикет,
  хорошо сложенных мужчин в военной форме, презрительных мальчиков в
  соломенных шляпах, девушек в Челтенхеме - очень длинная череда неудобных поз
  и ни одной искры чувства. Каминные часы были похожи на мавзолей из голубого
  мрамора. Золотые стрелки были покрыты таким множеством завитков, что
  требовалось взглянуть дважды, чтобы понять, куда они показывают. Часы не
  двигались с его отъезда, а может быть, и с того дня, когда он появился на
  свет, - почему-то в старинных часах долгое бездействие очень ценилось.
   Он взял чемодан и отправился наверх. Холдейн кашлял, но света у него в
  комнате не было. Лейзер тихонько постучал в комнату Эйвери.
   - Вы здесь, Джон?
   Через секунду он услышал, как тот приподнялся в постели.
   - Как вы провели время, Фред?
   - Отлично.
   - Девушка - нормально?
   - Ничего особенного. До завтра, Джон.
   - Утром увидимся. Доброй ночи, Фред. Фред...
   - Да, Джон?
   - Мы с Джеком немного выпили. Жаль, что вас с нами не было.
   - Это точно, Джон.
   С чувством приятной усталости он торопливо прошел по коридору, у себя в
  комнате снял пиджак и, закурив сигарету, удобно расположился в кресле. У
  кресла была высокая спинка с бортами. Тут он заметил одну вещь. На стене
  висела таблица для перевода букв в числа, а под ней, прямо посередине
  пухового