ему? Только Джимми Гортон мог: этот знал ему цену.
   - Я ничего не желаю слушать про Джимми Гортона!
   - Джимми - прелесть!
   - Бэбз, я не шучу!
   - Бедный Кларки! Помнишь, - задумчиво сказала жена Вудфорда, - тот милый
  ужин, которым он нас угостил в своем клубе? Бифштекс и почки с мороженой
  фасолью? - Она сделала глоток виски. - И теплый джин. Интересно, была ли у
  него в жизни хоть одна женщина? - сказала она. - Господи, как странно, что а
  раньше об этом не думала.
   Вудфорд вернулся к более спокойной теме.
   - Отлично, значит, ничего не происходит. - Он встал с глупой усмешкой и
  взял со стола спички.
   - Не смей курить здесь свою вонючую трубку, - машинально сказала она.
   - Значит, ничего не происходит, - с удовольствием повторил он, поднес
  огонь и шумно затянулся.
   - Боже, как я тебя ненавижу!
   Вудфорд покачал головой, не переставая ухмыляться:
   - О чем мы вообще говорим? Если ничего не происходит - как ты сама
  сказала. Значит, я не ночую в конторе. Очень хорошо. Ни в Оксфорд, ни в
  Министерство не катался, и никакая государственная машина меня домой не
  привозит.
   Она подалась вперед, и ее голос изменился, стал требовательным, грозным:
   - Что происходит? Я имею право знать! Я твоя жена! Вертихвосткам-то вашим
  на работе небось все выложил? А? Ну, говори!
   - Мы готовим агента для заброски, - сказал Вудфорд с чувством победителя.
  - Я отвечаю за связь с Лондоном. Возникла