или, если хотите, сыграем на расчет по случаю
  последнего вечера.
   - Послушайте, Фред, - мягко попросил Джонсон. - Не гоняйтесь сразу за
  большими деньгами и не старайтесь забить красный шар ради ста очков. Бейте
  другие по двадцать и по пятьдесят очков, набирайте счет. Тогда вас не
  разденут.
   Лейзер вдруг рассердился. Он поставил кий на подставку и снял с крючка
  свое пальто из верблюжьей шерсти.
   - Что случилось, Фред, в чем дело на этот раз?
   - Ради Бога, оставьте меня в покое! Нашелся конвоир на мою шею! Я еду на
  задание, как во время войны. Я же не смертник.
   - Не глупите, - мягко сказал Джонсон, взял его пальто и повесил снова на
  крючок. - Кстати, не принято говорить - смертник, надо говорить -
  осужденный...
  
  ***
  
   Кэрол поставила перед Леклерком чашку кофе. Он улыбнулся ей, сказал
  "спасибо", как уставший, но дисциплинированный ребенок в конце позднего
  ужина в гостях.
   - Эйдриан Холдейн ушел домой, - заметила Кэрол. Леклерк опять погрузился
  в изучение карты. - Я заходила к нему в кабинет. Он мог бы и попрощаться.
   - Он никогда не прощается, - сказал Леклерк.
   - Я могу вам чем-нибудь помочь?
   - Я никак не могу запомнить, как ярды переводить в метры.
   - Я тоже.
   - По донесению Цирка, длина оврага двести метров. Это что, двести
  пятьдесят ярдов?
   - По-моему, да. Пойду возьму справочник.
   Она пошла к себе и сняла с книжной полки таблицы.