того парня. Я тебе
  говорил, что зарезал одного парня.
   - Зачем?
   - Мне нужно было поработать с передатчиком. В какой-нибудь квартире,
  понимаешь? Все равно в какой. Мне было некуда идти. Я познакомился с тобой и
  использовал тебя. Вот как все было, если тебя спросят, вот что ты должна
  говорить.
   Она рассмеялась. Ей было страшно. Она неуверенно легла, приглашая и его,
  будто он желал этого сейчас.
   - Если спросят тебя, помни, что я сказал.
   - Я хочу, чтобы ты сделал меня счастливой. Я люблю тебя.
   Она обхватила его голову обеими руками и прижала к себе. Губы у нее были
  холодные, мокрые и тонкие, а зубки - остренькие. Он отстранился, но она
  продолжала обнимать его. Он напрягал слух, но, кроме ветра, никаких звуков
  различить не мог.
   - Давая немного поговорим, - сказал он. - Ты одинока, Анна? Есть у тебя
  кто?
   - Ты о чем?
   - Ну там, родители, парень. Кто-нибудь.
   Она отрицательно покачала головой:
   - Только ты.
   - Послушай, давай застегнем пуговицы на твоем плаще. Мне прежде хочется
  поговорить. Я тебе расскажу про Лондон. Ты наверняка хочешь послушать про
  Лондон. Как-то раз я прогуливался по набережной, шел дождь, и там какой-то
  человек рисовал на тротуаре. Ты подумай! Рисовал мелом под дождем, а дождь
  сразу все смывал.
   - Ну иди ко мне.
   - Знаешь, что он рисовал? Просто собак, дома, всякое такое. И людей,
  Анна... Ты попробуй себе представить! Вот так стоять под