жно замуж, можно в крематорий.
   - Без привычной папки... Ну да, ты же по личному... Ну, присядем,
  потолкуем по личному. - Генерал указал на мягкую мебель в углу большого
  кабинета. - Можно по рюмке? А что. Президенту можно, а нам нельзя?
   - Обождем, господин генерал, - ответил Ильин. - Доложу, потом решим.
  Может, мне рюмку мышьяка следует выпить.
   - Ну-ну! Только без мелодрам, уважаемый. Мы чекисты. Пусть их отменили,
  но старая закваска осталась.
   Генерал откупорил бутылку "Боржоми", плеснул в стаканы. Он пришел в
  контрразведку из канцелярии бывшего ЦК, в оперативной работе не смыслил,
  правда, и не лез в нее, считая своей обязанностью лишь читать бумажки,
  приходящие из аппарата Президента, и определять общие направления.
   Сухим военным языком Ильин объяснил ситуацию. Доложил, что по вине
  полковника Ильина ликвидация киллера, чей пистолет использовался при
  покушении в ноябре прошлого года, не удалась. Борис Сергеевич Галей -
  киллер, преступления которого на данный момент не доказываются, - явился в
  кабинет полковника Ильина и предложил ему стать платным осведомителем,
  короче, пытался завербовать.
   Ильин опустил тот факт, что повторно встречался с Галеем на своей
  конспиративной квартире и сообщил киллеру номера домашних и рабочих
  телефонов Ждана, Яшина, Барчука и Еркина.
   - Что бы мы ни решили, следует подать рапорт, - сказал генерал и,
  хихикнув, добавил: - Все начинается с