ственной линии поведения. Совершенно ни к чему вспомнилась Татьяна, какой
  у нее косящий, постоянно вопросительный взгляд и оливковые полные груди с
  темными выпуклыми сосками. - Мы что, стопроцентные импотенты? Мы уже ничего
  не соображаем? - вспылил он вновь и осекся. - Извини, Игорь, кроме
  неприятностей, другие новости имеются?
   - Понимаешь ли. Лев Иванович, лично я не шибко верю в вашу версию, каким
  образом произвели выстрел, - медленно и как обычно занудливо начал говорить
  следователь. - Вам лучше меня известно: если решили убить - делают все
  просто. Однако, в силу того, что у меня иной версии нет, я попытался
  вернуться к вопросу, кто на каком месте стоял из присутствовавших на
  веранде. Возникают некоторые разночтения, но не в том, кто где конкретно
  стоял: последнее зафиксировано точно, все действующие лица в своих
  показаниях едины.
   - Натурально Михаил Сергеевич, много слов при нуле информации, -
  пробормотал Крячко.
   - А сейчас я вообще собьюсь. - Гойда нацепил очки, стал подглядывать в
  бумажку. - Меня интересовал вопрос, который подсказал Лев Иванович: когда
  все наконец вышли на веранду, то остановились, собрались фотографироваться
  или менялись местами, перестанавливались? Барчук вынес лампу,
  направляя-свет, но, судя по его показаниям, он никому не указывал, где
  конкретно стоять, и произнес лишь одно вполне понятное слово: "Плотнее". Но
  тем не менее люди местами менялись.