будут "пасти" пара затруханных ментов. А ты
  шлепнешь героя и отправишься по своим делам. Меня в Москве не будет, я
  прилечу через день, ты получишь свои бабки, операция продолжится.
   У Акима перехватило дух, не выдержал, спросил:
   - Яшин не заплатит, а другие заплатят?
   - И его долю тоже, - самодовольно ответил Галей. Судьбу напарника он
  определил. Решить его жизни лишь справедливо. Это называется "упреждающий
  ход", но лишать возможности примерить корону победителя слишком жестоко.
   Да, Галею вдруг захотелось поболтать - никогда раньше он не имел зрителя.
   - Мы разошлем оставшимся лохам письма, в которых выразим глубочайшее
  сожаление в смерти их неразумного партнера. И опять же с сожалением скажем,
  что долю безвременного почившего придется выплатить оставшимся в живых.
   - Я не спрашиваю, кто они, но, судя по Яшину, его сотоварищи люди
  влиятельные.
   - Все относительно, Аким.
   - Они окружат себя такой стеной, не подберешься.
   - А страх? Ты представляешь, всесильный человек не может в театр или
  кабак пойти? Они слышали: в России - беспредел. Человек на слух и по ящику
  ничего не воспринимает. Раз далеко, значит, не его. Возьмем тебя, Аким. Ты
  парень грамотный, газеты смотришь, знаешь, сколько человек на земле
  ежедневно от голоду мрут?
   - Пойдем, выпьем, Бори".... Промозгло.
   - В машине имеется. Хлебни, я за рулем. Аким достал из "бардачка" бутылку
  с винтом, сделал несколько крупных глотков. Галей наблюдал