нашего
  общего знакомого, этого, мать его так, Гурова.
   - Откуда известно? - довольно беспечно спросил Якушев. - Неужто тебе сам
  Гуров рассказал?
   - У тебя нет времени, чтобы выслушивать, откуда мне что известно К
  двенадцати за тобой приедут. Это так же точно, как то, что меня зовут Борис
  Галей. Поэтому возьми носовой платок, загранпаспорт, мотай в Шереметьево и
  первым рейсом в страну, куда у тебя есть виза, соскакивай.
   - А как же ты? - спросил Якушев.
   - Заботливый ты мой, - повысил голос Галей. - Ты уберись, а один я с ними
  разберусь. Пусть они попробуют мне что-нибудь доказать. Тебе не сдюжить
  допроса Гурова. А об меня он все ногти обломает, но ничего не добьется. И не
  забудь, что я в доле по тем деньгам, которые ты получил недавно.
   Когда Галей напомнил о деньгах, Якушев понял, что все это очень серьезно.
  Он взглянул на часы, увидел, что немного времени у него еще есть, сел за
  письменный стол, привел в порядок документы, чтобы его отъезд не выглядел
  как бегство.Затем бросил в кейс две свежие рубашки и ействительно пару
  носовых платков, поло-кил в карман оба загранпаспорта и неболь-иую
  наличность и подумал, что надо дозвониться до Цюриха.
   Галей подлетел к дому Якушева, с облегчением увидел, что окна его
  квартиры еще светятся, а у подъезда стоит "БМВ". Словно новичок, он достал
  из кармана ТТ, проверил, есть ли патрон в стволе, снял предохранитель и
  вышел из машины. Ждать пришлось недолго. Буквально через