е отбирал подписок о сотрудничестве, устанавливал
  человеческий контакт и, если за парнем не было серьезного криминала,
  отпускал на все четыре стороны, давал советы, в действенность которых Гуров,
  конечно, не верил. Так сыщик поступил и с Михаилом Захарченко. Да, он с
  дружками напал на человека, могли ограбить, а то и убить, но ведь в
  конкретной ситуации отвести парня в отделение милиции равносильно тому, что
  выпустить на волю. Состав преступления не доказывался. Но пройдя через
  отделение, тумаки районных оперов, бессмысленные допросы дознавателя, в
  Москве появился бы еще более озлобленный, чувствующий себя победителем -
  ведь не доказали, - грабитель, возможно, убийца. Гуров же выпустил парня,
  увидевшего окружающий мир в несколько ином свете, уверовавшего, что среди
  ментов есть мужики стоящие, на которых в трудный момент можно положиться.
   Конечно, тот факт, что Михаил жил в соседнем доме с разрабатываемым
  Гуровымубий-цей, был чистой случайностью. И помочь Гурову в разработке
  Бориса Галея он вряд ли чем мог, так как дружил с младшим братом киллера,
  увечным Сашкой, который о делах брата особо не знал. Однако, как в песне
  поется: "Раз ступенька, два ступенька - будет лесенка".
   Вот и в субботу, раздумывая, кого бы послать на поиски крепления,
  удерживающего карабин, из которого убили Скопа, полковник вспомнил
  приблатненного Михаила За-харченко. А "крестник" и преподнес сыщику новость,
  что воскрес