.
   Реставрировал старые книги в обмен на новый дефицит. Собирал макулатуру.
   Теперь библиотеку - точнее, ее "официальную" часть - можно было, конечно,
  продать. И, наверное, выручить неплохие деньги. Но Вероника твердо решила
  этого не делать.
   Во-первых, в память о папе.
   И еще потому, что она мечтала: когда-нибудь она обязательно обзаведется в
  Москве семьей и огромной квартирой.
   И тогда перевезет книги туда.
   Чтобы ее дети - как она когда-то в своем детстве - рылись на полках,
  вдыхая вместе с ароматом типографской краски запах майн-ридовских прерий и
  жюль-верновских океанов...
   Вероника обожала своих родителей, преклонялась перед ними и не смела
  осуждать их жизнь, но после их гибели решила: она всегда должна быть готова
  к тому, что на нее вдруг может свалиться беда. И когда у нее будут деньги -
  а они у нее будут! - она обязательно станет откладывать на черный день.
  Чтобы, если с нею что-то стрясется, ни ее саму, ни ее родных, - ни тем более
  ее детей! - трагедия не застала врасплох.
   "У меня, - твердо решила для себя Вера, - всегда будет "загашник".
   Для того чтобы "благодарить" врачей, если я вдруг заболею.
   И платить адвокатам, когда меня вдруг в чем-то несправедливо обвинят.
   И, если я...
   Когда я...
   Словом, если меня вдруг внезапно не станет,