испортила тебе карьеру.
   - He стоит. На самом деле тот скандал только пошел мне на пользу.
   - Вот как?
   - Конечно.
   Остался бы я тогда на кафедре - и кем бы стал к девяносто первому году -
  когда у нас все завертелось, закружилось и помчалось кувырком?..
   Доктором наук, специалистом по истории партии. К тому же по-прежнему
  женатым на той толстой дуре...
   Официант принес вино и тарелку для салата.
   Полонский рассеянно поблагодарил его.
   - Чем же тебе тот скандал пошел на пользу?
   Вера во время этого разговора не переставала есть, и профессор понимал,
  что это не манерничанье: новая, повзрослевшая Вера, как видно, привыкла
  ценить свое время. И умела наслаждаться простыми радостями.
   - Я почувствовал себя свободным, - пожал плечами Полонский.
   - Понимаешь: сво-бод-ным.
   Где хочу, там живу. Куда хочу, туда иду. Никому не докладываю. Ни перед
  кем не отчитываюсь... Все - другое! И жизнь - другая, и работа!.. Так что ты
  с этим твоим диким студентом - ну, драчуном тем, - большие умницы.
   Увели меня из двух тюрем сразу. Одним, извини за каламбур, ударом!
   - Ты вправду на меня не сердишься? - чуть кокетливо спросила Вера.
   - Конечно, нет!
   - искренне воскликнул профессор.
   - У меня у самого смелости бы не хватило: вот так все взять и разом
  оборвать...