экраном.
   Фальшивой нотой в ультрасовременном убранстве выглядела огромная картина
  в тяжелой золоченой раме.
   На ней в гиперреалистической, фотографической манере был изображен
  мужчина в дорогущем костюме, выставивший напоказ золотые наручные часы и
  бриллиантовую заколку в галстуке.
   Толстое холеное лицо, нелепые усики, маленькие, но очень умные и хитрые
  глазки. Они, кажется, проницательно смотрели прямо на любовников.
   - Муж?
   - шепотом спросил профессор, бережно расстегивая пуговки Инниной блузки.
   - Муж, - так же шепотом отвечала она.
   - А где же твой портрет?
   - В кабинете у него висит.
   Сначала он не хотел его заказывать.
   Слишком дорого, говорит. Сходи, говорит, на Арбат, тебя там изобразят, но
  я настояла.
   - Вот дерьмо.
   - Хуже дерьма.
   Полонский нежно освободил девушку от блузки.
   Инна прерывисто дышала.
   Он расстегнул юбку.
   Она упала к ее ногам.
   Инна осталась в трусиках, лифчике и чулках.
   - Это я сегодня купила, - прошептала она, имея в виду белье. - Специально
  для тебя. Тебе нравится?
   - Очень.
   - Правда?
   - Конечно.
   Я тебе всегда говорю правду.
   Инна вырвалась из его объятий, прошла несколько шагов к окну, опустила
  жалюзи. Упала навзничь на кровать. Влад склонился над ней.
   В этот момент зазвонил телефон.