ь с ней в
  холле.
   Изобразила неподдельную радость: "Ой, Анночка Ивановна!..
   Что же вы не заходите?.. Мне привезли великолепный зеленый чай.
   Сейчас велю заварить... Заходите, заходите, мне всегда так приятно с вами
  поболтать..."
   За чаем Ника сделала гостье пару комплиментов.
   В том числе: "Как вы похудели!"
   - хотя сейчас, как и полгода назад, при виде стокилограммовой матроны у
  Ники почему-то всякий раз вспыхивала в памяти песенка из пионерского
  детства: "Анна-Ванна, наш отряд хочет видеть поросят!" Да-да, именно
  поросят!..
   От участливого внимания собеседницы, полубесплатных косметических
  процедур, горячего чая налоговая дама раскраснелась, размягчилась...
   Однако главный разговор Ника приберегала на потом.
   И вести его следовало не в кабинете.
   В наше время чиновники пуще сглаза боятся компромата.
   Упаси бог, подслушают, запишут, опубликуют, покажут!.. Тогда - прощай
  карьера! "При этом от своих, - думала Ника, - или от тех, кого они считают
  своими, - чи-нодралы берут без зазрения совести.
   Берут чем попало: деньгами, борзыми щенками, турпоездками, падшими
  женщинами...
   Будем надеяться, что для Анны-Ванны я уже успела стать своей".
   - Эх, - наконец проговорила налоговая дама, вставая, - в гостях, как
  говорится, хорошо,