алось, стариной.
   Того и гляди из подъезда выйдет барчонок в матроске и с ним - гувернантка
  из прошлого века в пышном платье и с мини-зонтиком.
   Не будем пороть горячку.
   Иван, конечно, нахал, но - не дурак. Арендовать дом, предназначенный под
  снос, он бы не стал.
   Снятая Баргузиновым пристройка стоит отдельно, с самим особняком ее
  соединяет галерея с выбитыми стеклами.
   Галерею Ника починит.
   А дом будет выдавать за раритет, памятник архитектуры восемнадцатого
  века.
   Почему не отреставрирован?
   А тут хотят музей ужасов сделать.
   Как лондонский "Донжон".
   Будет пользоваться бешеной популярностью! Так что спешите, дамы и
  господа, пока все абонементы в мой салон не разобрали.
   "Да, - думала Ника, осматриваясь, - тут фундамент укреплять надо. И крышу
  крыть заново.
   По паре тысяч за квадратный метр на ремонт уйдет, это минимум.
   Скорее даже по две с половиной.
   Так что надо посмотреть договор аренды и лучше выкупить пристройку в
  собственность.
   А то я тут все расфуфырю, а через годик попросят очистить помещение".
   Ей все больше нравился тихий двор с вековыми задумчивыми липами.
   В утренних лучах древний особняк принимал особое, неземное очарование.
   Что-то в нем есть, в этом доме, какая-то приятная аура. Наверняка,
  фантазировала