ьным, почти стыдливым
  смешком.
   - Да?!
   - делано изумился голос.
   - Как хорошо!
   Там тебе и место!
   Ты, знаешь, что сейчас сделай? Ты, Соломатин, пойди и стань у параши. А
  брючата-то свои приспусти, да нагнись. И пусть соседи твои туда, в очко
  тебе, да вдуют! По очереди! Каждый!.. Будь здоров, Соломатин!..
   Бросили трубку.
   Олег Петрович оторопел: в таком тоне с ним мало кто за всю его почти
  шестидесятилетнюю жизнь разговаривал.
   Если не считать первого секретаря обкома - но когда это было!
   Когда он, Олег, еще в инструкторах ходил!.. Но сейчас - ему-то
  шестьдесят!.. А тот - щенок!.. Всем обязанный ему, Соломатину!..
   Олег Петрович даже не нашелся в первый момент что ответить.
   Он онемел.
   А когда пришел в себя, то почувствовал такой взрыв ярости, что, казалось,
  его башка через десять секунд разорвется на куски от гнева.
   Не рассуждая, он нажал кнопку "redial". Телефончик услужливо соединил его
  с тем же человеком.
   - Ты, тварь поганая, - начал Соломатин, - ты забыл, кто тебя туда, где
  сидишь, привел?..
   - Не слушая ничего, прорычал:
   - Ты, сука, забыл, у кого ты яйца лизал?!.
   У кого бабки тянул - забыл?!
   Напомнить?! Напомнить, да?! Я тебе так напомню - ты рядом со мной не
  сядешь! Ты ляжешь! Уж тут-то я тебя и отымею!