а сияла девственной чистотой. Ни строчки, ни буквы.
   К горлу подкатила тошнота.
   Значит, расплата его все-таки настигла. Он-то думал, что все - позади.
   Что все прошло.
   Все забыто - как дикий, странный, дурной сон.
   И вот его прошлое все-таки достало его. Достало здесь.
   Кто-то дает ему понять, что его пребывание в тюрьме - не случайность. Что
  оно связано с событиями, что произошли в Цемесской бухте четырнадцать лет
  назад...
   Этим "кто-то" может быть только один человек.
   Вероника Веселова.
   Значит, она не погибла. Не исчезла. Не убежала навсегда, не растворилась,
  не скрылась. Она - жива. И она - добралась до него.
   А ведь восемь лет назад, в девяносто втором, когда Соломатину принесли
  письмо за ее подписью - письмо с вопросами о той ночи на "Нахимове", он
  сразу насторожился.
   Тогда он понял: дело здесь нечисто.
   Скорее всего - нечисто...
   Откуда вдруг взялась эта издательница, тимуровка-следопытка?!.
   Интуиция его не подвела. Ему ничего не стоило тогда проверить и
  убедиться, что никакого издательства "Морское дело" в природе не существует.
   Его решили поймать на блесну. На голый крючок.
   Не на того напали!..
   Тогда, в девяносто втором, Соломатин добыл списки пассажиров несчастного
  парохода.
   Он изучил их.
   И увидел: три фамилии