атается... А Кислов, насколько я его
  поняла, ради своей программы не пощадит ни мать, ни отца..."
   Заслышав, что открылись ворота и она подъезжает, Васечка выбежал на
  крыльцо в одной рубашке. Ника выпрыгнула из машины.
   - Ты чего это на холод выскочил?
   - напустилась она на сына.
   - Давно не болел?
   Взбежала на крыльцо, обняла Васечку.
   Тот запрыгнул к ней на руки.
   Она покачнулась. "Тяжелый-то какой!
   - мелькнуло у нее.
   - На руках уже не поносишь... А пахнет еще как от ребеночка: молоком,
  воробьями..."
   - Ну, пошли, пошли, - заторопила сына Ника, - слезай с меня, жеребенок,
  пойдем с крыльца, холодно!..
   - А что ты мне купила?
   - Сноуборд пока не купила. Будешь сам выбирать. Не понимаю я в них
  ничего.
   - А когда?
   - Да хотя бы завтра.
   - Н-ну, завтра я учусь. А ты работаешь.
   - А мы с тобой прогуляем.
   - Правда?
   - Правда.
   - Здорово!
   Гуляем! Гуляем! - Васечка бросился в кухню, восторженно крича:
   - Филлиповна! Марь Павловна! Вы слышали? Мы с мамой завтра прогуливаем!..
   Ника, улыбаясь, бросила плащ на кресло в гостиной, схватила телевизионный
  пульт.
   Включила телевизор, нажала номер кисловского канала. И - наткнулась на
  барышню-диктора, которая, поджав губы, извещала:
   - Напоминаем, что в нашей сегодняшней