анизовал наезд на него... Уж он-то на мне
  отыграется...
   А тут еще шантажист...
   Не платить ему - нельзя: заложит... У шантажиста, кажется, действительно
  имеется вся информация...
   А платить - тоже нельзя...
   Заплатишь хоть копейку - значит, признаешь себя виновной...
   И он не отвяжется от меня уже никогда...
   Будет тянуть из меня деньги, и тянуть, и тянуть...
   Значит, - рассудим трезво, - какие у меня альтернативы?.."
   Реклама по телевизору продолжалась.
   Ника глянула на часы.
   Без пары минут полночь. Скоро новости.
   "Надо дождаться...
   - подумала Ника.
   - Вдруг покажут что-то новенькое про Соломатина...
   Ну а варианты, как жить дальше... Их у меня на самом деле всего два.
   Первый - идти на поклон к Баргузинову. "Прости меня, Ванечка..."
   Он, конечно, покуражится, но - сделает вид, что простил.
   И защитит - от всех. И поможет..."
   При мысли о том, что придется подлизываться к Баргузинову, Никина
  гордость взвилась на дыбы:
   "Меня на самом деле - прощать не за что!
   А вот его я - не простила.
   И не прощу.
   Не нужен он мне!..
   Но, придется, кажется, идти к Ивану... И просить за себя... А, значит,
  смирить гордыню...
   И смириться с тем, что я - при нем.
   И с тем, что больше ничего хорошего мне в этой жизни не светит...
   Есть у