теперь все равно.
   Ей действительно все равно, и будь что будет.
   Сына она почти вырастила.
   Дом построила.
   За родителей - отомстила.
   Жизненное предназначение выполнено.
   Она навела ружье на человека за рулем и крикнула:
   - Выходи, гад!
   Ее послушались, дверца машины открылась.
   "Будет уговаривать бросить оружие...
   Скажет, что мы, мол, разумные люди..."
   Никины пальцы, сжимавшие ствол, побелели.
   Все! Время разумных решений и переговоров - кончилось.
   - Руки вверх!
   - диким голосом крикнула она. Из-за руля вышел человек. Его руки были
  послушно подняты вверх.
   Ника не могла разглядеть лица, но по фигуре поняла: это не шантажист.
  Кто-то другой.
   - Здравствуй, Верочка, - стоя с поднятыми руками, спокойно сказал
  мужчина.
   "Верочка?!! Он знает, как меня звали? Значит - он от него, от
  шантажиста!"
   - Стой. Не двигайся, - приказала она. - Говори, что нужно.
   И тут человек засмеялся.
   Засмеялся так, что даже почти опустил руки. Его смех казался до боли
  знакомым.
   - Руки - не опускать!
   - прокричала Ника.
   Он послушно опять вскинул руки вверх и, задыхаясь, произнес:
   - Ве-рун-чик... Не стреляй, Верочка!
   Ее руки разжались. Ружье с глухим стуком шлепнуло о бетон дороги.
   Они стояли в двух шагах друг от друга.