не сам Васечка, а человек, похожий на него.
   Человек, каким мог бы стать через двенадцать лет Васька.
   Если бы не погиб.
   Его глаза - теперь в лучах морщинок.
   Те же губы - только более жесткие. Те же волосы - густые, черные, но с
  серебристыми прядями.
   Он подошел к Нике, ловко взялся за пульс.
   Тут же отпустил ее руку.
   Она инстинктивно, стараясь спрятать, сунула руку под одеяло. Спросила -
  плохо, что шепотом не получается говорить строго:
   - Что за комедия? Вы что, Васин родственник? Он присел на кровать и
  сделал вид, что не замечает, как Ника старается отодвинуться от него
  подальше.
   Наклонился к самому ее лицу. Сказал негромко:
   - Вера, это - я.
   Кошмар возвращался.
   Она снова почувствовала тяжесть в груди.
   Ладно, спорить пока не будем.
   - Что со мной? - потребовала она.
   - Было ., м-мм.., плохо с сердцем, - ответил он.
   - Это не диагноз, - оборвала его Ника.
   - Молодец, Верка. Узнаю, - похвалил тот, кто называл себя Безбородовым.
   - И все-таки?
   - Гипертонический криз, - коротко ответил он.
   И, увидев, как расширились от страха ее зрачки, твердо добавил:
   - Все меры приняты, организм молодой, лучшие врачи. Пара месяцев щадящего
  режима - и будешь как новенькая.
   Она не сводила с него глаз, из закоулков памяти послушно