ась Вера, был самым организованным.
  На веслах сидели двое мужчин - один из них в морской форме.
   Они изо всех сил гребли прочь от тонущего "Нахимова".
   Вдруг Вере показалось, что на корме парохода, на второй палубе она видит
  маму - ее бирюзовую ночную рубашку ни с чем не спутаешь.
   - Мама!
   - истерически закричала она.
   Фигура в бирюзовой рубашке прыгнула за борт.
   Одновременно с ней от борта отделился еще один человек - Вере показалось,
  что она узнала отца.
   - Это моя мама! - истошно закричала Вера. - Гребите к ним!
   Ей никто не ответил, а их плот продолжал удаляться от тонущего парохода.
   - Пожалуйста!
   - отчаянно выкрикнула она, обращаясь к морскому офицеру в белой мокрой
  рубашке, видимо, старшему здесь.
   - Нельзя!
   - строго ответил он ей.
   Он ни на секунду не прекращал грести прочь от теплохода. - Затянет в
  воронку, все подохнем.
   Да пропади он пропадом, этот плот!
   Она спрыгнет с него и поплывет к родителям! Она попыталась броситься в
  воду.
   В последний момент ее удержали.
   - Стой, идиотка!
   Вера забилась в чьих-то крепких руках, зарыдала...
   Один из пассажиров плота вздохнул.
   Затем достал из своего портфеля (он почему-то был с портфелем) бинокль.
  Протянул ей.
   - Зачем? - прошипел другой пассажир.
   - Пусть смотрит, ей легче