шь, что можно. Только, пожалуйста, не врывайся
  и не перебивай, когда у меня конфиденциальный разговор.
   - Помешан на машинах. - пояснил старик Марку, когда Виктор ушел. - Вчера
  вечером налетел на своем "сандерберде" на дерево, разбил вдребезги, но
  думает, что я не знаю, - добавил он с хриплым снисходительным смешком. Затем
  доверительный, отеческий тон вдруг исчез, и Марк почувствовал разделявшее их
  расстояние. - Ричардс, я хочу тебя кое о чем попросить. Ты ведь часто
  видишься с Кобболдом?
   - Только по делу, Дон Винченте. Вне работы он к себе не очень допускает.
   - Да, знаю, он всегда держался особняком. Тем не менее, сумел ли ты из
  ваших встреч составить о нем какое-либо мнение?
   - Он умный человек, Дон Винченте, сомневаться не приходится. И
  образованный, сразу видно.
   - Этим ты мне ничего не сказал, - заметил Дон Винченте более строгим
  тоном - Он предан делу.
   Подчиненные Дона Винченте, хорошо изучившие характер своего босса и все
  еще считавшиеся с ним, предупредили Марка, что к нему лучше являться с
  добрыми вестями, нежели с дурными. Дон Винченте любил, когда говорили, что
  приближенные исправно ему служат.
   - Я послал его с ответственным заданием за границу. Ты об этом слышал?
   - Я знаю, что он на Кубе.
   - Правильно. В Гаване. У меня там сейчас разворачиваются большие дела, и
  он поехал туда наставить местных политиканов на путь истинный. Неплохо
  справляется. Не припомню ни единого случая, чтобы