меешь увидеть его, не раньше.
   - Кто сказал, что я должен его видеть? - удивился Брэдли. - Доложим ему,
  когда все будет кончено.
   Они высадили Марко на Куатро Канти и смотрели ему вслед, пока его
  складная темная фигура не растаяла в людском водовороте. Брэдли свернул на
  улицу Македа. Из-за нехватки бензина машин было мало, но зато встречались
  пестро раскрашенные повозки и множество пешеходов, лица которых все еще
  хранили следы голода военных лет. По десять человек в ряд они шагали к своим
  любимым барам, там стоя выпивали чашку суррогатного кофе и отправлялись
  домой на сиесту.
   Локателли снова заговорил о предстоящей операции:
   - Здесь не Италия, а сицилийцы - не итальянцы.
   - Ты это уже говорил, Джон. Быть может, разница и есть, но что из того?
  Почему я должен разделять твои предубеждения?
   - Но мы ничего не знаем об этом человеке.
   - Во-первых, он от Дона К., а во-вторых, прошел проверку наших органов
  безопасности. Два года он работал на англичан в Катании, а потом два года на
  нашей базе в Кальтаниссетте. Я навел справки у командира базы, и он дал о
  нем самый лучший отзыв. Он сказал, что Марко - единственный из сицилийцев,
  кто никогда не был замечен в воровстве. И кроме того, по слухам, он из
  Общества чести.
   - Если такое Общество существует, - заметил Локателли.
   - Если существует.
   - Так что же ты намерен делать? - спросил Локателли.
   - Дать плану ход, - ответил Брэдли.
   - Большего безрассудства