ку такой аванс вносили
  только желающие дать взятку, то недоразумений не возникало. В муниципалитете
  Спина с восхищением увидел, как маленький седой клерк положил конверт с
  пятьюдесятью стодолларовыми купюрами, который он дал ему, в детскую копилку,
  а затем, взяв ее в руки, понес в соседнюю комнату, где тотчас тренькнул
  короткий звоночек, означавший, что там сняли телефонную трубку.
   Из муниципалитета Спина на такси добрался до министерства внутренних дел,
  где его ждал секретарь министра, говоривший по-английски с типичным для
  латиноамериканцев пришепетыванием. На секретаре была безупречно
  накрахмаленная рубашка и толстое обручальное кольцо на пухлой руке. В
  уголках его рта, когда он улыбался, поблескивало золото.
   - Наши интересы полностью совпадают, - сказал он. - Нам невыгодно
  создавать впечатление, будто жизнь и имущество иностранцев в нашей стране не
  охраняются должным образом.
   Спина всей душой презирал этого человека. Теперь, заплатив за
  сотрудничество, он считал себя вправе диктовать условия.
   - Подробное изложение фактов должно появиться в газетах как можно скорее,
  - сказал он. - После чего об этом случае следует забыть навсегда. Но я бы
  хотел просмотреть сообщение, прежде чем его напечатают.
   - Наши молодые люди сознают, что зашли в тупик, - сказал секретарь, - а
  потому совершают отчаянные и глупые акции. В данном случае преступник
  полностью сознался, но, кроме него, обвиняется