девушка,
  совершенно обнаженная и окровавленная, в ужасе бросилась вниз по лестнице.
  На ее крик прибежал Дон Винченте; предпочитая не вызывать карету "скорой
  помощи", он завернул девушку в одеяло и сам отвез ее в больницу, где
  принялся совать налево и направо сотенные купюры.
   На следующий день царившее в доме безмолвие было нарушено появлением
  начальника полиции Генри Уайсмена, который, не говоря ни слова, подал Дону
  Винченте пачку фотографий. Уайсмен пятнадцать лет пробыл в патрульной
  службе, как вдруг новый мэр Джордж Грабчек назначил его начальником полиции.
   Дон Винченте уставился на скручивавшиеся в трубку глянцевитые снимки:
  крупным планом, не правдоподобно отчетливо были сфотографированы разрывы
  тканей, царапины от ногтей на животе и ягодицах, полукружья укусов на груди.
  Рот его наполнился слюной, и он не сразу смог заговорить.
   - Мэр сумеет с этим справиться? - наконец спросил он. Уайсмен покачал
  головой.
   - Не уверен. В больнице один доктор прямо на стенку лезет. Если мы не
  примем мер, он вызовет полицию штата.
   - Каких мер?
   Уайсмен пожал плечами и отвел взгляд.
   - Кто делал эти фотографии?
   - Наш фотограф. Он не знает, кто в этом замешан.
   - Негативы можно достать?
   - Конечно, но если появится фотограф из полиции штата, то снимки будут та
  кие же.
   - Разве нет договоренности, что полиция штата не вмешивается в дела
  нашего города?
   - Только в случаях мелких нарушений закона. А