обраться до развилки, как их обогнал и прижал к обочине "скайларк", в
  котором сидели те четверо Увидев, что они вылезают из машины, держа в руках
  по остроконечной кирке, Виктор распахнул дверцу, выскочил и бросился бежать
  обратно в сторону ресторана, а те четверо погнались за ним. До ресторана
  было две мили. Сначала Виктор опередил своих преследователей, но после
  нескольких недель, проведенных в основном перед телевизором с кружкой пива в
  руках, он был в плохой форме и скоро понял, что ему от них не уйти. Он
  продолжал бежать, потому что ничего другого не оставалось, но четыре
  низкорослых человека постепенно догоняли его. Справа тянулся заброшенный
  фруктовый сад из сучковатых, источенных червями яблонь, и он перепрыгнул
  через невысокую изгородь в надежде где-нибудь спрятаться. Но яблони были
  хилыми да и стояли далеко друг от друга.
   Когда его почти настиг первый из четверых, он нырнул за дерево, потом
  выскочил, ничего не соображая, как окруженный собаками олень. Наконец они
  поймали его; он стоял спиной к дереву, с открытым ртом, чтобы легче дышать,
  и слюна текла у него по подбородку. Они не спешили, стараясь отдышаться,
  ухмыляясь и переглядываясь, и не могли решить, с чего начать.
   Наступал вечер, жизнь вокруг замерла, и самый воздух, казалось,
  пропитался тишиной. По небу, закрывая его, словно ставнями, скользили
  облака. Чайки, прилетавшие с побережья к прудам возле Уэбстера, летели
  назад.