их с цементного завода,
  которым местный лидер Общества чести велел присутствовать, да горстка
  издольщиков и пастухов замыкали шествие.
   Глаза Марка были устремлены на гроб под пурпурным бархатным покровом, с
  которого свешивался черный шнур с кистью. Того, который раньше назывался его
  братом, в гробу не было, на кладбище несли куклу в новом шелковом белье и в
  парадном костюме Паоло. Это знали все, но считали несущественным, потому
  что, согласно народным верованиям, кисть на черном шнуре олицетворяла душу
  умершего, которая сейчас здесь присутствовала и которая освободится только
  после захоронения. Через несколько минут, когда гроб начнут опускать в
  могилу, наступит самый драматический момент похорон - Марк должен будет в
  присутствии толпы молча, без единого лишнего жеста взять эту кисть и принять
  тем самым на себя все обязательства вендетты. В этом отношении деревня
  Кампамаро не перебралась в век пепси-колы и кофеварки "эспрессо".
   Они шли, не попадая в такт ударам барабана, по направлению к приземистой,
  будто высеченной из кремня церкви в конце деревни. На крышах сидели женщины
  и дети; звонил церковный колокол; на невидимом цементном заводе в знак
  печали в уважения выла сирена; профессиональные плакальщицы громко рыдали и
  рвали на себе одежды. Священный момент приближался. В прошлом году в
  Бомпенсьере, по другую сторону гор, роковую кисть пришлось взять
  четырнадцатилетнему мальчишке, а через полгода его