он только смотрел на ее новое, неузнаваемое лицо и качал головой.
   - Люди из Общества чести - это чудовища, - продолжала она, - чудовища о
  двадцати руках и десяти головах. Ни у кого из вас нет своей жизни. Мы
  никогда не могли жить так, как живут другие. Сначала это был Дон К., затем
  Винченте Ди Стефано. Кто будет после того, как Ди Стефано умрет? Вам даже
  думать самим не разрешают.
   Марк спрашивал себя, откуда она знает такие вещи, которые обычай не
  разрешает знать женщинам. Впрочем, может быть, все жены знают, может,
  женская привычка к притворству так же сильна, как привычка мужчин хранить
  тайны.
   - Я собираюсь расстаться с тобой, - сказала ока. - Не сейчас, потому что
  я еще не все обдумала, но как только мы вместе решим все вопросы. Мне развод
  не нужен, но если ты хочешь развестись, я готова пойти в суд, чтобы ты был
  свободен. Я хотела бы найти какую-нибудь работу. Я видела в "Глобе"
  объявление, что требуются работники по социальному обеспечению. А может
  быть, я смогла бы устроиться в больницу санитаркой.
   Он ушам своим не верил, и это помогало ему сохранять спокойствие.
  Женщина-католичка и мать никогда не выполнит такую угрозу.
   - А дети? - спросил он. - Что будет с детьми?
   - Мы обсудим это, - ответила Тереза. - Спешить не к чему. Может, Мартина
  удастся устроить в Чоут, если у тебя есть на это средства. А для Люси вполне
  подошла бы школа при монастыре.
   - Мы никогда не собирались отправлять