ли
  повстанцы. К счастью, он оказался единственной жертвой.
   Лицо Редпата стало унылым, словно у него начиналась лихорадка.
   - Я не сомневаюсь, что, даже если бы вы достали наличные, они все равно
  под каким-нибудь предлогом отказались бы от продажи самолетов. Думаю, они
  действуют по приказу, а чьему - вы знаете. Уверен, что президент готовится
  нас предать. Кубу мы отдадим - как и все прочее, за что мы боролись, Роналд,
  как и все, за что мы боролись.
   Они сидели на веранде фермерского дома, арендованного для руководителя
  особыми операциями. Со стороны города доносились неясные звуки рожка - там
  проходили подготовку силы вторжения.
   - Легион обреченных, - сказал Редпат. - При недостаточной поддержке с
  воздуха их всех перестреляют на пляжах - если они вообще доберутся до
  берега. То, чему мы сейчас являемся свидетелями, это саботаж в своей самой
  изощренной и отвратительной форме, спровоцированный разгром, после которого,
  как полагает президент, он сможет отвернуться от Кубы и от всего, что она
  олицетворяет.
   - А международный коммунизм одержит победу, - сказал Брэдли.
   - Ибо ему удалось создать плацдарм даже в самом Белом доме.
   - Прежде всего в Белом доме. Все ведь началось с Рузвельта и его Нового
  курса... Кстати, в Техасе я слышал, что в шестьдесят четвертом году
  вице-президента свалят, а он - наша последняя надежда.
   - Я убежден, - сказал Редпат, - что надвигающееся фиаско послужит
  предлогом, чтобы нас