йт-стрит, десять процентов безработных. И ты не хуже меня знаешь, что,
  если кто хочет сыграть на деньги, ему теперь надо ехать в Крэнстон. А ты
  слышал про банды подростков на улицах? Если не вывернешь карманы и не отдашь
  часы, тебе ноги переломают. И вся эта молодежь начиняет себя наркотиками.
  Это что, по-твоему, - прогресс, демократия?
   - Всем известно, что город превратился в настоящие джунгли, - сказал
  Марк.
   - А раньше как здесь было чудесно, - заметил Дон Винченте. - Тихо,
  спокойно. Полиция занималась только тем, что штрафовала за не правильную
  парковку машин. Поблагодарим Макклейрена за то, что сейчас творится. Я вот
  что скажу, Марко. Я держал этот город в своих руках. Президент Эйзенхауэр
  прислал мне фотографию с собственноручной подписью. Ему, наверное, сказали,
  какие суммы я пожертвовал на его кампанию.
   Донна Карлотта, еле сдерживая слезы, дергала Марка за рукав.
   - Ну, сделай мне приятное. Попробуй хоть polpette <Биточки (итал.).>.
   - Послушай, мамочка, оставь его, ради бога, в покое, - сказал Дон
  Винченте. - Он, как и я, не может есть. У него слишком много неприятностей.
   - Прости меня, Марк, я забыла. Может, тебе не хочется об этом вспоминать,
  но как у тебя с Терезой? Сердце говорит мне, что вы скоро снова соединитесь.
  Всенепременно. В такие времена нам нельзя считаться только со своими
  чувствами. Ради детей, Марк, ради детей.
  
  ***
  
   После обеда Дон Винченте повел Марка к себе. Когда он