отянулся, чтобы
  выключить рекламную трескотню, передававшуюся по телевизору, Марк по его
  лицу, обычно сонному и инертному, уловил, что он нервничает.
   - Ну, выкладывай. Как дела? - спросил Дон Винченте.
   - Пока хорошо, - ответил Марк. - Самая большая удача в том, что мы сумели
  узнать, где Леон. Оказывается, Сальваторе вытащил его из кубинской тюрьмы и
  посадил на последний самолет, улетевший до переворота с Кубы в Майами.
   - Сальва умеет смотреть вперед, - сказал Дон Винченте. - Всегда этим
  отличался. Потому он и достиг вершин.
   - Я сказал Брэдли, что найду этого парня, но на это нужно время. Он
  договорился с Бюро, чтобы мне дали отсрочку.
   - Мне кажется, он активно нам помогает. Я знаю, что тебя от него тошнит,
  но в данный момент у нас нет оснований жаловаться. Ты слышал, что Виктора
  перевели в Льюисберг? Ему поставили телевизор и кормят мясом и яйцами. Мне
  говорили, что ребята там проводят почти целый день в саду среди роз и
  наслаждаются жизнью. Нам удалось добиться, чтобы слушание дела еще раз
  отложили. Осталось только найти руку в Вашингтоне, тогда он смог бы признать
  себя виновным, отсидеть восемнадцать месяцев и выйти на поруки.
   - Я летал в Майами в расчете на то, что разыщу Леона. Оказывается, сейчас
  там миллион кубинцев. Полный хаос, и если бы не наши друзья, на которых мне
  удалось опереться, я мог бы с тем же успехом вернуться домой. Хорошо, если
  бы вы послали в Джексонвилл какой-нибудь подарочек Малатесте