оспешно ставит росчерк в протоколе и
  выходит, еле пробормотав: "До свидания". Расписываются и покидают кабинет
  остальные участники опоз­нания. Знаменский нажимает кнопку вызова конвоя.
   Пузановский отдувается и вытирает лоб.
   -- Ну все наконец?
   -- Да, -- дежурно улыбается Пал Палыч. -- К сожалению, пришлось...
  некоторые формальности... -- Он делает неопреде­ленно-извиняющийся жест, не
  желая вдаваться в какие-либо объяснения по поводу Раисы. -- Сейчас придет
  конвой, у вас ведь вещи в КПЗ, там оформят освобождение, -- и начинает
  сосредо­точенно отыскивать что-то в настольном календаре.
   От дальнейшей беседы Знаменского избавляет конвоир. Пуза­новский
  прощается и радостно топает в коридор. А Пал Палыч набирает номер на
  внутреннем аппарате:
   -- Можешь заходить.
   Секунды через две входит Томин.
   -- Как?
   -- Узнала. Но не опознала!
   -- Весьма странно...
   -- Ладно, об этом потом. Пузановский пошел собирать вещи, так что тебе
  надо поспешить... -- Знаменский кладет ему руку на плечо. -- А в спешке
  как-никак легче пережить огорчение.
   -- Что еще, Паша?
   -- Вчера без тебя упустили Царапова.
   Томин отзывается скорбным стоном.
   -- Теперь все, прости-прощай! Уехал...
   -- Ничего не попишешь... Беги, брат, освобождайся.
   ...Коридор перед камерами КПЗ.
   Лязгают