сь уголовная компа­ния. Кроме самого хозяина и
  автомеханика Молоткова присутст­вуют Печкин, Тыква и Самородок. По форме
  главенствует Пузановский, по сути заправляет Печкин. Он минутами звероват,
  но без ярко выраженной блатной окраски в речи и повадках. Однако ухмылка
  выдает натуру хитрую, властную и жестокую.
   -- Это куда ж тебя повело? А, механик? -- мрачно, с расстанов­кой
  спрашивает он Молоткова.
   -- Да, куда? -- подхватывает Пузановский и подкрепляет фразу энергичным
  движением руки, в которой зажата надкушенная сосиска. Пузановский почти
  всегда жует.
   Вскакивает Тыква.
   -- Уж ты падла!.. Себе кусок рвешь, да? В одиночку? -- впадает Тыква в
  блатную истерику. -- А знаешь, что за это бывает? -- Трепеща от возбуждения,
  он выхватывает из кармана нож и поигрывает им.
   Хотя Тыква наслаждается пока лишь воображаемой распра­вой, Молотков
  следит за ним неотрывно. И когда тот, пугая, делает выпад, в руках у
  автомеханика оказывается стул.
   -- Уйди, припадочный!
   Пузановский перестает жевать. Ему нужен не мордобой, а воспитательное
  мероприятие в его, так сказать, коллективе.
   -- Леша... -- просительно окликает он Печкина, которому картина
  потасовки доставляет некоторое удовольствие.
   -- Ладно, будя ножиком играть, -- решает Печкин. -- Хотя я лично Тыкву
  понимаю.
   Пузановский вслед