Вопрос стоит предельно утилитарно:
  сколько удастся продержаться среди этой шпаны, если заранее известно, что
  усатая Екатерина будет подступать со страшной силой? Ох, чуется, недолго...
   ...Она решительно позвонила в дверь - железную, но весьма мастерски
  замаскированную под обычную, фанерную. Глазок, слабо светившийся изнутри,
  почти сразу же потемнел - Дашу разглядывали изнутри и открывать, конечно же,
  не торопились. Чтобы не терять времени, вынула удостоверение и
  продемонстрировала в закрытом виде, но так, чтобы внутри хорошо рассмотрели
  золотое тиснение.
   Почти сразу же дверь распахнулась - доверительно, довольно широко. За
  дверью стояла женщина лет сорока, несмотря на позднее время, одетая так,
  словно сию минуту собиралась уходить - платье, джемпер, застегнутые зимние
  сапоги, шарф уже на шее. Глаза припухшие, лицо грустное, но и злое,
  надменное, будто не успевшее остынуть от недавнего скандала. Где-то в
  глубине квартиры надрывалась музыка. А дочку-то они только три дня назад
  похоронили, машинально отметила Даша. Это что - такие поминки? Три дня?
   - Опять? - резко спросила женщина.
   К чему такая реплика, Даша не совсем поняла, но решила не тратить время
  на загадки:
   - Простите, Артемьева Нина Павловна? Капитан Шевчук, уголовный розыск...
  Я все понимаю, но мне необходимо...
   - Заходите, - столь же неприязненно бросила женщина (или все же - дама?).
  - А к вытрезвителям вы отношения не имеете?
   - Боюсь,