собой дверь.
   Глава восьмая. Сюрпризы чередой.
   У "свечки" на Каландаришвили уже не было скопища милицейских машин - и
  "Хонды" не было. Зато торчал белый "Москвич", высочайше пожалованный Славе в
  рамках начальственных щедрот. А вот Воловиков припозднился.
   Даша открыла заднюю дверку, плюхнулась на сиденье, бросила рядом шапку и
  огляделась:
   - Надо же, какие мы все стали моторизованные... Жаль только, что
  ненадолго.
   - У меня пока приказа не было от вас открепляться - сообщил водитель в
  штатском, тот самый сержант. что подал идею насчет перевернутого креста.
   - Будет, милый... - вздохнула Даша. - У тебя пушка есть? При себе, я имею
  в виду?
   - Ну, - он поднял свитер и продемонстрировал кобуру.
   - Тогда иди погуляй, - сказала Даша. - Видишь иномарки у "Пельменей"? Так
  вот, погуляй мимо и запомни номера - да "срисуй" их нахально, вовсе даже
  демонстративно, и пушку из-под свитера предъяви на обозрение, заправь, что
  ли, свитер в штаны, прекрасно видно будет. А кто привяжется, покажи на этот
  лимузин и скажи, что ты человек маленький, всех чинов - одни лычки. Зато в
  машине сидит Рыжая... Марш.
   Сержант без всякого энтузиазма поперся выполнять поручение.
   - Ну? - спросила Даша.
   - Двадцать восьмая серия "Бриллианта в пыли", - сказал Слава. - Ты его но
  ящику смотришь, но семнадцатой?
   - Я на ящик раз в год смотрю, это у родителя откровенная страсть... Ну не
  тяни кота за хвост.
   - Супружницы дома не было. А твой Артемьев и в самом