лысина
  не в масть... Ну, полегчало? На, закури. И давай как мужик с мужиком.
  Значит, Ольга ушла, когда ты еще спал?
   - Ну. Не впервые.
   - Ссорились?
   - Да нет вроде.
   - Ну, а форма-то зачем?
   - Ну нравилось ей. Долго рассказывать... Что случилось?
   Воловиков, гипнотизируя его дружелюбным вроде бы взглядом, вытянул из
  своей папочки цветную фотографию. Подсунул под нос. Даша заметила краешком
  глаза - крупный план, склоненная влево светловолосая головка, полоса
  крови...
   До Житенева доходило долго, медленно, мучительно. Похоже, он до сих пор
  путался меж реальностью и алкогольными туманами той страны, что не от мира
  сего.
   И вдруг понял, рывком:
   - Олька?! Это - утром?
   Воловиков безжалостно кивнул.
   Даша невольно отшатнулась, когда из глотки взлохмаченного алкана рванулся
  нечеловеческий вой. Волоков, спрятав снимок, уже принял должную стойку,
  чтобы при нужде моментально скрутить, клиента - но тот обмяк, сполз на пол,
  уперся лицом в коленки и зарыдал, самозабвенно, с пьяным надрывом, не видя и
  не чувствуя ничего вокруг. Было противно, но и чуточку жалко. Даша
  отвернулась. Славка, уже покончивший с духовкой, стоял в дверях с каменным
  выражением лица.
   Воловиков показал ему глазами: "Держи клиента!" и за локоть вытащил Дашу
  на площадку.
   - Ничего себе - деликатно... - фыркнула она.
   - А что? Ногами его не били, сроком не угрожали... Ладно, я его сейчас
  суну под душ, волью полстаканчика и сниму показания