шел к генералам и громко доложил, что собака след не берет. Один из
  генералов вполголоса прокомментировал донесение матом, второй промолчал.
  Зато полковник Шмагин ни довольно громко поинтересовался у Воловикова:
   - Ну, где там ваш спец по маньякам?
   "Господи, - тоскливо подумала Даша. - Уже "спец по маньякам". Хоть
  вешайся..."
   И шагнула вперед, пред ясны очи милицейско-прокурорского истеблишмента.
   Шмагин, явственно вздохнув с облегчением, тут же посунулся к Трофимову и
  зашептал на ухо. Трофимов, такое впечатление, столь же обрадованно
  развернулся к ней. Даша подошла еще ближе:
   - Товарищ генерал-лейтенант, капитан Шевчук... Как оно в жизни и бывает,
  обоих генералов она видывала раз в год - ну, и они ее, естественно, не чаще.
  Трофимов, правда, вручал ей часы за доктора-маньяка два месяца назад, но мог
  и забыть фнзиогномию, ибо орлы летают в поднебесье.
   Даша расслышала торопливое бормотапье Шмагина, из коею явствовало, что
  капитан Шевчук - ценнейший кадр. суперстар и надежда розыска, достойно
  пронесшая к тому же знамя российской милиции по улицам Парижа. Трофимов
  хмуро покачал папахой и спросил:
   - Сколько у вас дел в работе?
   - Мизер, - сказала Даша. - Семь.
   - Они только что взяли группу Дударова, - торопливо напомнил Шмагин.
   - Сможете передать дела другим в кратчайшие сроки?
   Господи ты боже мой, да нет для сыскаря занятия приятнее и легче, чем
  спихнуть другим излишки производства... Вслух этого Даша,