так что
  получались как бы две ямы.
   К счастью, могила был не очень глубокой.
   - Смотри, не задень его, - шепнула я.
   - Гретка, если это дурацкая шутка, я тебя убью.
   И тут он застонал. Мы замерли на мгновение, а потом кинулись выгребать
  землю руками.
   - Мамочка моя, - шептала Сонька, - это что ж такое на свете делается...
  Вот он, - вдруг сказала она. - рука вроде...
   - Слава Богу, - вздохнула я, но радовались мы рано: предстояло его из
  ямы вытащить. Первая попытка успехом не увенчалась, груз тяжелый, а
  навыков извлекать из могил несостоявшихся покойников у нас не было.
  Промучившись понапрасну, мы, тяжело дыша, уставились друг на друга.
   - Он не задохнется, - сказала я. - Значит, мы его можем здесьоставить и
  ехать к Максимычу, вызовем "скорую" и милицию.
   Сонька вытаращила глаза, а потом сказала:
   - Нельзя его здесь оставлять, а если эти вернутся?
   Мысль эта как-то не приходила мне в голову, она вдруг придала
  невероятные силы.
   Сонька, видимо, тоже прониклась:
   - Держи его сверху. Тяни. А я будуснизу подталкивать...
   С пятого захода мы его вытащили, что меня, признаться, удивило. Он
  опять застонал, отчетливо,хотя и тихо.
   - Господи, что же это он никак не очнется, хоть бы помог, - причитала
  Сонька, когда мы волокли его к машине. На мужчине было кожаное пальто, мы
  ухватились за полы и кое-как втянули