сюда четверо плюс два шофера, а теперь я насчитала троих. Правда, минут
  через десять возник четвертый. Я узнала в нем одного из прежних мартышек и
  так обрадовалась, точно встретила давнего друга, в пору на шею кинуться.
  Он меня тоже узнал, посмотрел с хитрецой, мол, в гору идешь. Наконец нас
  позвали к столу. Я проявила понятливость и начала восхищаться, а потом
  пить, чувствуя настоятельную потребность расслабиться. Я подозревала во
  всех смертных грехах человека, который мне нравился.
   Может быть, слишком нравился. Сейчас он сидел рядом, молчаливый, вроде
  бы недовольный, но исправно пьющий. Где-то в начале шестой рюмки я
  почувствовала себя достаточно расслабленной. Проглотила седьмую и поняла,
  что переоценила свои возможности.
   - Где туалет? - спросила я, слегка перевирая звуки.
   - Проводят, - махнул рукой Витька.
   Сонька мурлыкала на его коленях. Я пошла в туалет, сопровождала меня
  знакомая мартышка. Я высказала огромную радость, что вижу его живым и
  здоровым, и попыталась поцеловать, но не смогла допрыгнуть до физиономии и
  ткнулась носом в грудь. Все это он воспринял совершенно спокойно, видимо,
  такие сцены были здесь не в диковинку.
   - А вот и туалет, - сообщил он.
   - Ага, - обрадовалась я. Минут через пятнадцать мне стало легче
  смотреть на мир, я крикнула парня, и он сопроводил меня в ванную.
  Собравшись с силами,