унула голову под холодный душ и замерла,
  постукивая зубами.
   - Простудишься, - сказал парень.
   - Как зовут?
   - Денис.
   - Дай полотенце.
   Еще минут десять я силилась придать еебе приличный вид.
   - Чего так пить-то? - ворчал Денис. - Не умеешь, не суйся. Не идет тебе
  вовсе, и Расческу дать?
   Ей-Богу, на хороших людей мне везет, куда ни глянь - душевные парни.
   - Веди, - сказала я, припадая к его локтю. Организм был ослабевшим, но
  почти лишенным алкоголя. Охрана в холле резалась в карты.
   - Никакой дисциплины, - посетовала я, отлепилась от Дениса и села рядом
  с Глебом. Глеб недовольно косился, лицо красное, глаза мутные. Выпивка,
  как видно, достала и его. Витька с Сонькой вели себя совершенно неприлично.
   - Хочу спать, - заявила я. Витька поднялся, махнул рукой:
   - Второй этаж. Любая комната. Для гостей. - Тут он качнулся и грохнулся
  на стол.
   Сонька тянула его за рукав, он поднялся, обнял ее, и они побрели, с
  энтузиазмом распевая: "Я пью до дна за тех, кто в море..." А я пошла
  искать себе пристанище. Удача улыбнулась за первой дверью: спальный
  гарнитур с широченной кроватью и постельное белье в шкафу. Пока я возилась
  с подушками, вошел Глеб.
   - Пришел сказать спокойной ночи? - полюбопытствовала я.
   - Я буду спать здесь, - сказал он, запер дверь и стал раздеваться.
   - Я почти протрезвела, - заметила