кое отродье! - буркнула Сонька.
   - Жидовка недобитая... - парировала я.
   Мы вздохнули и заскучали.
   - Грет, - позвала через минуту Сонька.
   - А?
   - В милицию нельзя звонить.
   - Тупому ясно.
   - Что делать?
   - Назад везти, - решилась я, - где взяли, туда и положим. И забудем.
   - Не хочу я на кладбише, - запаниковала Сонька.
   - Хорошо, давай у тебя в погребе зароем.
   - Свинья ты все-таки, приволокла покойника...
   - Да заткнись ты... Проверь у него карманы, может, узнаем, кто он.
   - Зачем?
   - А я откуда знаю?
   - Вот всегда у тебя так, - проворчала Сонька.
   Карманы были пусты. Я еще раз взглянула на покойника: цвет волос из-за
  крови не определишь, лицо разбито, ухо разорвано, отпечатки пальцев
  отсутствуют, тело в тех местах, где его можно было рассмотреть под
  синяками и ссадинами, без особых примет.
   Если таковые и были, то мы их не увидели.
   Более или менее уверенно можно было утверждать лишь, что это молодой
  мужчина.
   Выходило, могила его останется безымянной.
   - Ладно, - решилась я, - поехали.
   - Может, попозже, - заскулила Сонька.
   - Чем скорее мы от него избавимся, тем лучше.
   - Ну и вляпались, ну и вляпались, - запричитала моя подружка и тут же
  совершенно другим голосом спросила:
   - Медальон заметила?
   А я-то надеялась, что обойдется. Как же...
   - Заметила, - ответила