сильно напугается.
   - И что, это врожденное? - он выразительно покрутил пальцем у виска.
   - Ага. У нее родимчик.
   Такого слова он не знал, это точно, но оно ему понравилось. Он
  удовлетворенно кивнул, продолжая поглядывать на Соньку.
   Та исправно икала и вдруг погрозила мне кулаком.
   - Ишь ты, - хохотнул длинноногий, - не иначе как ее с высокого места
  мамка роняла.
   - Может быть, - Немного подумав, согласилась я. "Кузнечик" начинал мне
  нравиться. - Вы вот про Витю спрашивали, так что вам интересно?
   - Да все, - обрадовался он.
   - Ладно, - пришлось согласиться мне, - я вам тогда расскажу, как я с
  ним познакомилась и почему. Сонька, вот она то есть, его со школы знает. В
  одном классе учились. А у нас такая неприятность вышла... - я рассказала
  про неприятность. Бог знает в какой раз за последние дни. "Кузнечик"
   слушал, кивал и ухмылялся. Потом стал вопросы задавать, а я отвечать на
  них. Вопросов было много, и я старалась, как могла.
   Один мне особенно не понравился.
   - А что это за рыжий парень возле вас вертелся?
   - Рыжий? Это следователь. Тарасов его фамилия. Документы показывал, вон
  ей, - я ткнула пальцем в Соньку, отчего та стала икать громче. - А я его
  один раз видела.
   Вот, - я решила сменить тему, - а Витя Оборотня до смерти боится, -
  расхрабрилась я, видя, что олигофрен вроде бы опять заснул. - А