думался, лоб прорезала
  морщина, он сурово на меня покосился и опять повторил: - Оборотень?
   И мы стали говорить об Оборотне. Тут я многим поделиться не могла,
  знала мало, а догадки держала при себе. Мы говорили уже минут сорок, когда
  в комнату вошел мужчина, довольно пожилой, впрочем, может, так казалось
  из-за крайней тучности, и сказал:
   - Все собрались.
   Браун кивнул, пожевал губами и приказал, косясь на нас:
   - Девок запри где-нибудь. Может, еще пригодятся.
   - Пошли, - сказал толстяк, мы поднялись и вместе с ним вышли в коридор.
   - Эй, Леха! - крикнул толстый. Из соседней комнаты появился один из
  наших недавних конвоиров. - Отведи их в подвал.
   Леха повел нас к лестнице. Поглядывая с озорным любопытством, навстречу
  шли человек шесть парней, и Сонька при виде их вдруг хрюкнула, я
  насторожилась, пытаясь понять, что могло вывести ее из транса, и тут
  увидела Игорька. В этот момент и он нас заметил, хрюкнул или нет, не
  скажу, а глаза вытаращил. На этом все и кончилось. Гоша зашагал дальше по
  коридору, а мы - спустились в подвал.
   - Все ж таки убьют нас, - вздохнула Сонька, вертя головой по сторонам.
  Мне не понять ее способности постоянно совершать лишние движения: в
  комнате, где нас заперли, рассматривать было совершенно нечего. Два на три
  метра пустой площади, наверху, почти под потолком, окно с железной
  решеткой.