* * *
  
  Весна набирала силу. В конце марта днем было уже тепло. Снега и льда в
  центре не осталось вовсе. Зверев беспечно шел по сухому тротуару улицы
  Дзержинского. Он возвращался с очередной кражи, которую удалось раскрыть на
  месте... Ослепительно сверкал в голубой небесной бесконечности шпиль
  Адмиралтейства. Крошечное белоснежное облако проплывало над ним. Опер
  Зверев покуривал сигарету и легко шел по чистому сухому асфальту. Он был
  беспечен.
  
  - Товарищ капитан! - голос неуверенный, негромкий, но готовый каждую
  секунду сорваться в истерический крик, прозвучал из темного провала арки.
  Оттуда несло бедой, холодом, склепом. И человек в темени арки с залитой
  солнцем улицы был почти неразличим. Зверев остановился.
  
  - Товарищ капитан, сюда,- снова позвал голос. Зверев сделал два шага и
  пересек границу света и тени. Навстречу ему выскочил сержант двадцать
  седьмого отделения. За его спиной в глубине двора вспыхнули яркие малиновые
  пятна стоп-сигналов. Бледное лицо сержанта с вытаращенными глазами и
  рыжеватыми усишками приблизилось.
  
  - Ну! Что? - сказал Зверев. Он пытался вспомнить фамилию сержанта и не мог.
  
  - Пойдемте, товарищ капитан. Там... там такое!
  
  Из-под отвалившейся сырой серой штукатурки