и пожениться, в конце
  концов. И плюнуть на Тихорецкого. Неужели ты этого не хочешь?
  
  Она посмотрела глубокими серыми глазами и ничего не сказала. Но все уже
  было ясно. Хлестал по стеклу дождь, облетали листья с клена, тела
  сплетались на принесенных из дому простынях... Все было решено, последний
  аргумент Зверева стал прологом криминальной драмы. Он еще не знает этого,
  он целует губы и грудь любимой женщины и думает, что нашел выход... Вернее,
  он не думает сейчас ни о чем. Он просто счастлив.
  
  Облетал клен, обнажались черные сучья, ложились красные мазки на зеленую
  траву, мокли под дождем. Потом пошел снег. Первый в этом году, ранний. Он
  падал густыми тяжелыми хлопьями. И за несколько минут покрыл и траву, и
  листья белым. Когда спустя час Настя и Сашка вышли из квартиры агента, все
  было белым-бело. А клен продолжал ронять листья...
  
  К утру снег растаял. То, что осталось от снегопада, стало называться -
  слякоть. Машины обдавали прохожих грязью. В газетах писали о победе
  демократии, необратимости перемен и приближающейся эпидемии гриппа.
  
  Всего три дня спустя Настя рассказала Звереву всю историю аферы полковника
  Тихорецкого. Рассказала подробно - с фамилиями, датами, суммами. Сашка
  только головой