л дверцу и заглянул внутрь. Виталий приехал один.
  В принципе, об этом не договаривались, сам догадался. Сашка быстро нырнул
  внутрь. Здорово... Здорово... Рукопожатие. В салоне было тепло, уютно,
  пахло хорошим табаком. Играла музыка, и зеленовато светилась шкала
  приборов. Дождь, ветер, холод остались за бортом. Лысый молчал, с интересом
  поглядывал на Сашку. Сашка тоже молчал, согреваясь, вживаясь в уютное тепло
  автомобиля, настраиваясь на разговор.
  
  "Я несла свою Беду по весеннему по льду",- пела Марина Влади. Светофоры на
  Большом проспекте переключались в режим "нерегулируемый перекресток".
  Виталий кашлянул и негромко произнес:
  
  - У тебя что-то случилось?
  
  - Нет. Хочу предложить тебе дело.
  
  Лысый повернул голову. Еще не поздно было остановиться. Но звучал Настин
  голос, и Наетины глаза заглядывали в душу... "Обломился лед - душа
  оборвалася"...
  
  - Дело серьезное. Тысяч на двести,- сказал Сашка.
  
  - Деревянных?
  
  - Нет, Виталий, зеленых.
  
  - Я слушаю.
  
  И капитан уголовного розыска Александр Зверев изложил криминальному
  авторитету Виталию Мальцеву историю "спиртового кидка". И предложил войти в
  долю. Лысый согласился сразу.
  
  Светофоры мигали, таяли снежинки на лобовом стекле. "И Беда с того