на антресоль портфель, Настя прижалась к нему. Он
  почувствовал упругость груди, вдохнул запах ее волос и кожи. Он
  почувствовал все то, что любил - единственную на свете женщину - и
  отстранился. Разговаривать или тем более заняться сейчас с ней любовью
  оказалось выше его сил.
  
  - Что ты, Саня? - тихонько шепнула она в ухо.
  
  - Извини,- сказал он.- Извини, мне нужно идти... меня ждут.
  
  Зверев не смотрел ей в глаза, отводил взгляд в сторону.
  
  - Глупости,- шепнула она горячо.- Больше всех на свете тебя жду я.
  
  - Мне нужно, Настя. Мы еще не полностью завершили дело на сегодня,- соврал
  он, оторвал от себя женщину и вышел.
  
  Он сидел в салоне бандитской машины, курил и был благодарен Лысому...
  Сейчас Сашке необходимо было выпить. Крепко выпить. Очень крепко выпить.
  
  В маленькой, уютной бане их ждали Кент, водитель "шестерки", дежурившей во
  дворе Джабраилова, и две девахи. Да еще банщик, которого, впрочем, было не
  видно и не слышно. Он знал, кто у него сегодня в гостях, и глаза не
  мозолил... К приезду Сашки и Виталия стол в холле был уже накрыт. На
  белоснежной скатерти стояли запотевшие бутылки с водкой, пивом, тарелки с
  закусками. В ленинградских магазинах осени девяносто первого увидеть такое
  было