,
  почесал татуированную грудь.
  
  - Тьфу ты! Выпить-то осталось?
  
  Зверев поднес ему граненый стакан с остатками водки. Косарь обхватил его
  обеими руками, жадно выпил, сморщился.
  
  - Сейчас, Михал Антоныч, съездишь в одно место, оставишь письмишко.
  
  - Куда еще? Никуда я не поеду.
  
  - Надо, дядя Миша. Очень надо,- проникновенно сказал Зверев.- Денег на
  такси дам, на пивко дам... Отвезешь маляву - и обратно. Очень нужно.
  
  Кряхтя, ругаясь, старый вор начал собираться. Зверев быстро писал письмо
  Насте. В окно било солнце. Селедочная голова с султаном "беломорины"
  оскорбленно молчала. Бормотал что-то себе под нос Косарь.
  
  * * *
  
  Лысый, Кент и Слон провели ночь в изоляторе временного содержания на улице
  Каляева. Изолятор соединен со зданием ГУВД на Литейном сквозным закрытым
  проходом. Вот по этому коридорчику их и провели в ИВС, где разместили всех
  врозь в двухместных камерах. У Кента и Лысого соседями оказались агенты из
  платников. В воскресенье у обоих дома прошли обыски, которые, разумеется,
  ничего не дали. Каких-либо запрещенных к хранению предметов, денег или
  ценностей обнаружено не было. У Слона тоже провели обыск - для маскировки.
  
  * * *
  
  Пока Косаря не было - а не было его долго - Зверев